ИУДЕЯ ПОД ВЛАСТЬЮ РИМА

Жду Ваших писем!

=ГЛАВНАЯ =ИЗРАНЕТ =ШОА =ИСТОРИЯ =ИЕРУСАЛИМ =НОВОСТИ =ТРАДИЦИИ =МУЗЕЙ =ОГЛАВЛЕНИЕ=

Крепость Масада.

Борьба и гибель героев крепости.

I

Слово "мецад" или "мецада", в греческом произношении "масада", употреблявшиеся для обозначения крепости вообще, а в конце периода Второго храма - название, присвоенное определенной крепости, встречаются в Священном писании. Так, мы читаем: "...пещеры и укрепления" (мецадот) - в книге Судей; "убежище его (мецадот) и неприступные скалы" - в книге Исайи; "сидят в укреплениях" (мецадот) - в книге Иеремии и т. д. Но эти слова служат также названиями для определенной крепости: "..перешли к Давиду в Мецад в пустыню" (в I кн. Хроник), а также "..Давид пребы-вал в пустыне в Мецадот" (в I кн. Самуила). В послед-них двух стихах говорится про Иудейскую пустыню, где среди населенных городов перечисляются и Ир-Мелах и Эйн-Геди. Там Давид находился до того, как он пере-шел "в горы в пустыню Зиф" по соседству с пустыней Эйн-Геди, где он тоже был недолго. Можно поэтому полагать, что Мецад и Мецада - это и есть крепость, именуемая по-гречески Масада.

Во времена Второго храма Мецада, впер-вые упоминается при Хасмонеях. Иосиф Флавий говорит: "Первосвященник Ионатан был первым, кто по-строил на этом месте крепость и назвал ее Масадой". Некоторые ученые полагают, что власть Ионатана бен Маттитьяху не простиралась до берега Мертвого моря, и поэтому он не мог выстроить эту крепость и что упо-минаемый Флавием "первосвященник Ионатан" - это царь Александр Яннай, который в надписях на чеканен-ных им еврейских монетах именует себя "царь Иона-тан". Однако известно, что в 143 г. до н.э. Трифон, опекун малолетнего сына Александра Баласа, на-значил Ионатана бен Маттитьяху вице-правителем всей Палестины; Шимон же, брат Ионатана, был назначен стратегом территории от "Тирских ступеней" (наша современная граница с Ливаном) до "Египетской реки" (современный Эль-Ариш). Об этом сообщают I кн. Хасмонеев и "Иудейские древности". Значит, в руках братьев Хасмонеев находился и юг Палестины, включая Иудейскую пустыню. Во всех этих районах Ионатан, чьим представителем был Шимон, фактически являлся правителем и только формально подчинялся сирийскому царю. Почему же в таком случае Ионатан не мог заново укрепить Масаду?

Масада стала чрезвычайно мощной еврейской крепо-стью примерно в 142. г. до н.э. Ровно через сто лет пос-ле этого, в 42 г., Масада уже считается одной из наибо-лее неприступных крепостей Иудеи.

Гиркан II из дома Хасмонеев был в то время этнархом, "вождем народа" Иудеи по назна-чению Юлия Цезаря, но фактическими правителями Иудеи были идумей Антипатр и его сыновья - Ирод и Пцаэль (Фасаил). Элимелех, один из пре-данных дому Хасмонеев людей, не без основания подозревавший идумеев в том, что они замышляют унаследовать трон Хасмонеев с помощью Кассия, соумыш-ленника Брута в заговоре против Юлия Цезаря, был предательски убит наемными убийцами Ирода. Убий-ство Элимелеха вызвало сильное возбуждение в Иерушалаиме, и один из верных Гиркану II военачальников, Геликс, поднял народ против Ирода и Пцаэля. Брат убитого Элимелеха овладел с помощью Геликса многи-ми укрепленными позициями страны, в том числе и "наиболее мощной Масадой". Но Пцаэль одолел "бун-товщиков" и отнял у них Масаду и все остальные кре-пости. С тех пор Масада служила его брату Ироду убе-жищем, куда он скрывался при возникновении какой-либо опасности.

В 40 г. до и.э. парфяне завоевали северную Сирию, и трон Иудейского царства занял поддерживаемый ими последний царь из дома Хасмонеев - Маттитьяху Анти-гон II, 40-37гг.. Гиркан II был взят в плен и увезен в Вавилонию, а Пцаэль покончил с собой. Сам Ирод бе-жал на родину в Идумею, но всю свою семью, и в том числе невесту Мирьям и ее мать Александру, он отправил в крепость Масаду, управляющим которой назначил своего брата Иосифа, и поставил в ней гарнизон в 800 человек, обеспечив его провиантом на долгое время. В Масаде его семья могла жить в полной безопасности: захватить крепость было практически невозможно, даже приблизиться к ней было очень трудно.

Все же, когда Маттитьяху Антигон осадил Масаду, положение Иосифа, брата Ирода, стало тяжелым: в Масаде не хватало воды, стычки между войсками Иосифа и Антигона постепенно участились, и защитники потерпели несколько серьезных поражений. Иосиф уже обдумывал план побега из Масады с 200 че-ловек, когда на помощь ему пришел римский полко-водец Вентидий, нанесший поражение парфянам. Вентидий приблизился к Иерушалаиму и полагал, что Антигон перебросит свое войско, осаждавшее Масаду, к Иерушалаиму, на помощь своему престольному городу. Но у Антигона было достаточно сил, кроме осаждавших Ма-саду частей. Он разбил Вентидия, и римский полководец был вынужден отойти от Иерушалаима, оставив небольшой отряд под командованием Силона. Чтобы скрыть тот позорный факт, что римляне дважды потерпели по-ражение от евреев, Иосиф Флавий выдумывает, что они оба, Вентидий и Силон, были подкуплены Маттитьяху Антигоном и дали себя разбить. Так или иначе, войско Антигона продолжало осаждать Масаду.

Ирод отправляется в Рим. Там он лестью и хитростью добивается Хасмонейской короны. Потом он воз-вращается в Палестину, чтобы устранить законного царя и насильно овладеть подарком. Конечно, его пер-вая забота - снять осаду с Масады. Это ему удается, и в 39 г. до н.э. вся семья Ирода вместе с его невестой и ее матерью, представительницами Хасмонейской ди-настии, оставляют Масаду.

Крепость Масада особенно полюбилась Ироду: в ней он спас самых близких ему людей. Поэтому в течение нескольких лет после своего воцарения он заботится об упрочении и укреплении Масады. Всю вершину го-ры, на которой возведена крепость, он окружает сте-ной из белого камня высотой в 12 локтей и толщиной в 8 локтей. Общая окружность стены - 7 стадий (око-ло 1,25 км), на ней возведено 37 башен высотой в 50 локтей, из которых ведут ходы во внутренние помеще-ния. Восточная сторона крепости укреплена самой при-родой, а подход с западной стороны, который не был таким крутым, Ирод перегородил башней, построен-ной в тесном проходе на расстоянии 1000 локтей от вершины горы. На самой вершине был оставлен учас-ток земли для обработки с целью надолго обеспечить обороняющихся пропитанием. В каменистой почве кре1пости были высечены цистерны и бассейны для сбора дождевой воды для осажденных.

На склоне горы, под стеной самой крепости. Ирод выстроил себе дворец, тоже обнесенный высокой не-приступной стеной, по четырем углам которой стояли башни высотой в шестьдесят локтей. Во дворце было много жилых комнат, залов и купальных помещений; его украшали колонны из цельного камня, а стены и полы были отделаны цветной мозаикой. Ирод хранил в Масаде боевые припасы, рассчитанные на десять ты-сяч вооруженных солдат, а также сырье - железо, медь и свинец.

Почему Ирод так заботился об укреплении Масады и обеспечении ее большим количеством оружия, про-вианта и металла? Иосиф Флавий говорит, что Ирод всегда боялся двух вещей: во-первых, что евреи восстановят преж-нюю царскую династию, т.е. вместо него снова посадят на престол одного из представителей любимого ими дома Хасмонеев; а во-вторых, что римляне сбросят его с престола по наущению египетской царицы Клео-патры, которая домогалась власти над Иудеей, бывшей в течение многих лет частью Птолемеевского египет-ского царства. Возможно, что к этому следует доба-вить вообще страх перед римскими властителями, ко-торые, разгневавшись на подчиненных царей, свергали их с престолов и даже уничтожали физически. Ирод не принадлежал к тем, кто без сопротивления уступают власть. В Масаде он подготовил себе оплот и укреплен-ное убежище на случай внутреннего бунта из-за преданности народа дому Хасмонеев, которого он всегда опа-сался, и на случай утраты расположения римских дес-потов.

После смерти Ирода в 4 г. до н.э. Масада сходит со сцены на 70 лет, и лишь во время Великого еврейского восстания, закончившегося разрушением Храма, 66-73 гг. н.э., и в последующие три года она снова играет видную роль в истории борьбы еврейского народа за независимость.

II

9 ава 70 г. н.э. Иерушалаимский Храм был сожжен. После этого еще с месяц продержался Верхний город Иерушалаима. Утром 8 элула солнце взошло над разва-линами и тлеющими угольями - все, что осталось от Иерушалаима, многолюдного, прекрасного города, "ра-дости всего еврейского народа". Не завоеванными оста-лись лишь три последние крепости в Иудее: Геродион, Махор и Масада.

Геродион продержался после разрушения Иерушалаима недолго и вскоре пал. В Махоре происходила внут-ренняя борьба между частью населения, которая была готова сдать крепость римлянам, и пришлыми сикариями, может быть, из Масады, которые хотели вое-вать до последней капли крови. В конце концов Махор был сдан местным населением римлянам из жалости к молодому герою, который был взят в плен, и римля-не угрожали распять его, если евреи не сдадут им кре-пость. Сикарии геройски пробились сквозь ряды всту-пающих вражеских солдат и бежали. Это произошло в 71-72 гг. н.э.

Во всей стране осталась лишь одна-единственная невзятая еврейская крепость - Масада. Масада была готова стоять одна против всех врагов.

Человеческая история не знает более величественно-го финала, чем последний акт грандиозной эпопеи, на-зываемой Иудейской войной против римлян: падение Масады. Представьте себе: все разрушено дотла, все уже в руках врага. Иерушалаим - груда развалин. Храм - нагромождение руин в пепле, все города и крепости Иудеи, Самарин и Галилеи в руках римлян. Только одна крепость во всей стране еще держится. Она не сдается, хотя не имеет никакой надежды выстоять - оди-нокая и далекая Масада. Враг силен, в его руках вся страна, и в его распоряжении много вооруженных леги-онов, снабженных всем необходимым. А осажденные вынуждены доставлять хлеб и воду издалека, несмот-ря на то, что в крепости были издавна припасены пи-щевые продукты и приготовлены цистерны для сбора дождевой воды. Нет надежды победить, и нет выхода из положения, кроме сдачи или бегства, - значит, кро-ме позора.

Но не так полагал командующий крепостью.

После того, как Бар-Гиора оставил крепость и отправился в осажденный Иерушалаим, его место в Масаде занял Элазар бен Яир, родственник Менахема бен Иехуды Галилейского, то есть член знаменитой семьи зелотов. Это тот самый Элазар бен Яир, который вер-нулся в Масаду, спасшись бегством из Иерушалаима после убийства Менахема. Несмотря на то, что он про-исходил из семьи основателя секты зелотов, сам он был фанатичным сикарием, впитавшим в себя учение ессеев. Засевшие с ним в Масаде люди тоже были сикариями. После Бар-Гиоры Элазар стал военачальником Масады, и ему был подвластен весь район Мертвого моря и Эйн-Геди, населенный ессеями, о чем мы уже говорили. Ясно, что римляне не могли оставить эту важную крепость и ее окрестность в руках повстанцев.

Прокуратор разрушенной Иудеи Флавий Сильва, выступивший против сикариев и их главаря Элазара бен Яира, без особого труда захватил все городки и деревни в районе Мертвого моря и поставил там гар-низоны. Саму же Масаду невозможно было взять при-ступом. Он пытался пробить стену крепости таранами и катапультами. Для этого он возвел насыпь высотой в 100 локтей на "Белой скале" - широком холме во-круг дворца, выстроенного в свое время Иродом, а на насыпи воздвиг возвышение шириной и высотой в 50 локтей и установил на нем огромный таран. С большим трудом была пробита брешь в стене.

Между тем сикарии выстроили в Масаде вторую стену, прочнее первой. Чтобы таран не смог пробить и эту стену, они соорудили перед ней преграду из двух параллельных рядов бревен, пространство между ко-торыми было заполнено землей; таким образом были ослаблены удары тарана. Тогда Сильва приказал бро-сать на стену пылающие факелы - и пламя охватило деревянные части крепости, сильно от этого пострадав-шие. Римляне решили начать назавтра таранить пошат-нувшуюся стену, пока она не падет.

Элазар бен Яир, вождь оставшегося лагеря сикариев, отпрыск рода Хизкии и Иехуды Галилеянина, все сыновья которых пожертвовали своей жизнью ради свободы, убедился, что спасения нет. Раньше он верил, что его отряду удастся отомстить римлянам за разру-шение Иерушалаима и Храма; теперь уже было ясно, что нет никакой возможности выполнить это намерение. Но сикарии были связаны клятвой никогда и ни при каких условиях не покоряться Риму, и эта клятва не позволяла им сдаться и уступить крепость врагу. Окру-женные со всех сторон врагом, они не имели и возмож-ности спастись бегством - позорным бегством. Несмотря на безысходность положения, Элазар бен Яир и не помышлял ни о сдаче, ни о бегстве. Он обращается к соратникам с пламенной речью и напоминает им, что "они давно решили не быть рабами ни римлянам, ни кому-либо иному, кроме Бога, ибо Он истинный и справедливый властелин всего человечества". Еще он го-ворит им, что они, сикарии, духовные сыновья зелотов, "они восстали первыми и воюют последними". Бог разгневался на свой народ, потому что он был грешен пред Ним. Поэтому нельзя последним защитникам свободы согрешить нарушением данной ими клятвы. Они останутся верными идее свободы до конца. Ведь они знают, что ожидает их, их жен и детей, если они сдадутся врагу. Итак, "пусть жены умрут не оскверненными, и дети - не испытавшими позора рабства!"

Так уговаривает Элазар бен Яир всех оставшихся в Масаде совершить великий, страшный и потрясающий подвиг. Он предлагает всем до одного, с женами и детьми, покончить с собой, предав огню все ценности, имеющиеся в крепости, кроме запасов продовольствия, чтобы римляне не подумали, что голод, а не нена-висть к рабству заставил их совершить этот ужасный шаг.

Воины колебались. Они жалели не себя, а жен и де-тей своих. Раздалось рыдание... Тогда Элазар обратился к ним со второй речью, более длинной и проникновен-ной, чем первая. Это одно из самых прекрасных выступлений, приводимых во всей книге "Иудейская война". Оно поразительно и по своему содержанию и по своей убедительности. Понятно, что никто не записал эту речь дословно, и нельзя ручаться за каждую ее фразу. Но в общих чертах ее содержание не может быть далеко от истины. Нечто вроде того, что Иосиф Флавий влагает в уста Элазара, и должен был сказать герой Масады - один из величайших героев силы духа всех времен. Именно такое сочетание зелотских и ессейских идей (при стоической окраске у Флавия), какое мы нахо-дим в этой речи в том виде, как она передана в "Иудейской войне", могло выйти из уст великого сикария. И только при помощи идей, выраженных в речи, в ко-торых горячий патриотизм и глубокая религиозность спаяны воедино, смог Элазар повлиять на всех осаж-денных в Масаде и привести их к решению сотворить тот великий и страшный подвиг, единственный в своем роде в истории человечества.

В своей второй речи Элазар бен Яир сначала подчер-кивает, что "несчастье человека - жизнь, а не смерть", так как смерть освобождает душу, заключенную в око-вы тела, и позволяет ей возвратиться к извечному источнику чистоты - Богу. "Глупо гнаться за свободой в жизни и гнушаться вечной свободы" (то есть посмерт-ной) . Но даже если мы будем считать, что жизнь - это высшее благо для человека, а смерть - несчастье, то в настоящий момент надлежит нам избрать смерть, ибо таково Божье веление: если бы не так, то Бог не дал бы погубить свой народ и спалить свой Храм.

Это ессейские идеи. А дальше он развивает мировоз-зрение зелотов.

Римляне захватят всех, убьют мужчин или большин-ство из них, а остальных, в особенности детей и женщин, продадут в рабство; женщин еще осквернят и надруга-ются над ними. Стоит ли оставаться жить после всего этого? Жизнь в рабстве - чего она стоит? А жизнь в по-зоре - неужели можно назвать жизнью? Кому нужна такая жизнь? Если не удалось нам отомстить римлянам при жизни, так отомстим им нашей смертью. Наши жестокие враги тешатся мыслью, что они всех нас возь-мут в плен. Превратим же их радость в печаль и ужас, оставив им ужасное зрелище наших перерезанных тел, и вместо того, чтобы презирать нас, им останется толь-ко изумляться нашей решимости и храбрости!

Пламенная речь подействовала. В последний раз герои Масады обняли своих жен, прижали к груди сво-их детей и расстались с ними, обменявшись поцелуями. Потом они собственными руками зарезали всех по од-ному... Затем, собрав в одну большую груду все драго-ценности, находившиеся в крепости, они сожгли все, чтобы ничего не попало в руки врага, кроме продо-вольствия, дабы не подумали римляне, что голод заста-вил их наложить на себя руки. Покончив со всем этим, мужчины выбрали из своей среды по жребию десять человек, миньян, чтобы они, по воле своих товари-щей, исполнили роль палачей. Каждый лег возле своей жены и детей, которых только что лишил жизни, про-стер на них руки и спокойно ожидал, пока придет его черед. Когда же их осталось всего десятеро, один из них, опять выбранный по жребию, зарезал девять своих товарищей... Оставшись единственным живым челове-ком в Масаде, последний из сикариев, последний воин за свободу поджег крепость, вонзил в себя меч и пал мертвым около своих товарищей...

По словам Иосифа Флавия, спаслись только одна старуха и еще одна хитрая женщина, родственница Элазара бен Яира, которая спряталась вместе с этой стару-хой и со своими пятью детьми, очевидно, когда отправилась набрать воду из подземного водопровода. Эта сообразительная женщина и рассказала римлянам, вступившим назавтра в крепость и, к своему огромно-му удивлению, не встретившим никакого сопротивле-ния, подробности ужасающего происшествия... Всех покончивших с собой - мужчин, женщин и детей - было 960 человек. Это душераздирающее событие произошло в первый день праздника Песах 73 года. Такова была "пасхальная жертва", подобной которой никогда не приносилось на алтарь.

Так погибли последние герои Иудеи периода разру-шения Второго храма, герои Масады.

Римляне нашли лишь трупы и дымящиеся головни... Рассказ оставшейся в живых женщины и представшее их глазам зрелище ошеломили и ужаснули их. Как предполагал Элазар бен Яир, римляне не радовались смерти своих врагов, а поражались небывалой добле-сти и презрению к смерти сотен героев. И - кто зна-ет? - может быть, промелькнула у них мысль, что такая нация непобедима.

http://all-kabbalah.narod.ru/masada.htm


=ГЛАВНАЯ =ИЗРАНЕТ =ШОА =ИСТОРИЯ =ИЕРУСАЛИМ =НОВОСТИ =ТРАДИЦИИ =МУЗЕЙ =ОГЛАВЛЕНИЕ=
Как называются пластмассовые козырьки на стекла. . Подробности Планкен из лиственницы купить тут.